В ожидании шторма: Украинские военные готовятся оборонять Мариуполь с моря

Несмотря на так называемое «перемирие», бои на востоке Украины не прекращаются, а украинская армия укрепляет свои позиции на случай дальнейшего вторжения российских военных сил. Так, в Мариуполе готовятся к возможной атаке как с суши, так и с моря.

О жизни города и украинских военных читайте в эксклюзивном репортаже EMPR.

Еще на перроне в Киеве, 4-го Апреля, мне посчастливилось познакомится с офицером, возвращающимся в Сектор М на службу с кратковременного отпуска. Узнав, что я журналист, Сергей, к моему большому удивлению, пригласил меня к себе в купе, где мы с огромным удовольствием скоротали длительное время поездки, беседуя на разнообразные темы. Учитывая положение дел в стране, а также профессию моего собеседника, актуальными темами для нас стали война, политика и состояние украинской армии. Позже, докуривая сигарету в тамбуре, Сергей расскажет мне, почему он, имея возможность пойти в отставку, возвращается обратно на фронт:

— У меня есть жена и двое детей, дом, машина. Но я еду сюда, зная, что буду видеть весь этот ужас, смерть своих братьев. И каждый день я говорю себе, что если мы сейчас не задавим эту дрянь там — завтра она будет уже под окнами моего дома.

Тогда я еще не подозревал о том, что вскоре эти же слова услышу от другого человека в совершенно другом месте.

Оказавшись в Мариуполе, складывается впечатление, что город и его жители откровенно игнорируют приближение линии фронта — парки заполнены взрослыми и детьми, транспорт ходит без перебоев, коммунальные службы проводят высадку цветов. О близости фронта напоминают военные грузовики с солдатами и машины добровольческих батальонов, изредка проезжающие по улицам. Такая картина резко не совпадает с картой боевых действий — в двадцати километрах, в поселке Широкино, украинская армия сдерживает активное наступление боевиков “ДНР”. Обстановка резко меняется с приближением ночи — уже к восьми часам город пустеет.

Встав рано утром, еду в городской порт, где, по словам уже знакомого мне офицера, ведется активная подготовка к защите побережья от возможной высадки противника. На берегу сразу же бросается в глаза длинная полоса блиндажей и окопов, ярко контрастирующая своим грозным видом с мирно гуляющими горожанами и местными рыбаками, вышедшими к воде попытать счастья. В паре метров от блиндажей, возле беседок, стоит БТР-80. Сегодня в этом квадрате работает 79-я бригада ВДВ.

— Ребята заступают на двое суток, работы в основном ведутся с утра, чтобы не мешать местным, — рассказывает мне солдат с позывным Флаг. — Едим то, что словим в море, хорошо, хоть есть на что ловить. Население настроено неоднозначно — довольно часто приходят эдакие кадры, говорят, что из-за нас будут стрелять потом по ним, что мы только хуже делаем своим присутствием. Но есть и такие, кто и еду приносят и вещи теплые. А вообще здесь хорошо, не часто на море то побываешь (смеется). Волонтеры к нам не заезжают — вся помощь отправляется на передовую. Оно и понятно — ребятам там сложнее сейчас. Главное, что защищаться есть чем. Броня у нас на ходу, боеприпасы есть. Да и на холмах рядом с нами точки со снайперами и пулеметом, плюс наши ребята на море патрулируют. Я вообще думаю, что русские с воды не полезут — здесь берег неподходящий.
На мой вопрос о непосредственной поддержке государства, Флаг ответил улыбкой.

После выполнения поставленных задач, ближе к вечеру, солдаты собираются у костра греться. Несколько бойцов садятся в палатке смотреть вечерние новости.

Несмотря на то, что Мариуполь не является зоной боевых действий, и доступ снабжения к местам расположения военных ничто не ограничивает, я заметил абсолютное отсутствие у бригады какого-либо продовольствия кроме того, которое они сами купили в ближайшем супермаркете или наловили в море. Водитель-механик БТР-ра с позывным Клим передает мне единственную на всю группу кружку с чаем, состав которого — кипяченая вода с сахаром. Клим рассказывает мне, что родные думают, что сейчас он ремонтирует тракторы в Николаеве:

— Нечего им знать, что мы здесь — и мне так спокойно и им хорошо. У меня сын есть пятнадцатилетний. Я из-за него сюда пришел в первую очередь. Лучше здесь этих сепаратюг придавить, чтоб они уже дальше не прошли.
После слов Клима ко мне пришло невероятное чувство дежавю. Я вспомнил, как Сергей, пуская дым в тамбуре поезда, говорил мне тоже самое. Очевидно, это и есть подлинное проявление любви к своей родине и близким. Именно эти два чувства заставляют человека, оставив привычный ритм жизни, ехать сюда — на Восток, и несмотря на леденящий морской ветер, отсутсвие надлежащей амуниции и еды, регулярные угрозы жизни, защищать то, что дорого сердцу.
Имена и позывные бойцов, упомянутых в материале, были изменены автором в целях безопасности, так как они до сих пор несут службу на побережье.

Валерий Никонов, EMPR

Данная публикация также доступна на английском языке.

1 Comment

Comments are closed.

CONTACT US

You can send us an email and we'll get back to you, ASAP. EMPR team

Sending

Copyright ©2014-2017 EMPR

Log in with your credentials

Forgot your details?